Пожар в психоневрологическом интернате под Воронежем в ночь на воскресенье, 13 декабря, унес жизни 23 человек, еще столько же находятся в больницах, из них семеро — в крайне тяжелом состоянии.
Вице-премьер правительства РФ Ольга Голодец пообещала, что государство обратит внимание на содержание подобных учреждений. «Будет поднят вопрос о необходимости реконструкции психоневрологических интернатов с ветхими деревянными перекрытиями, изыскиваются соответствующие средства в бюджете», — заявила вице-премьер.
Почему вопрос не поднимали раньше? Ведь каждый год случается как минимум два аналогичных пожара. Самые недавние и громкие: в апреле 2013 г. в Подмосковье, когда погибли 32 человека; под Новгородом осенью 2013 г. погибли 37 человек.
Печальный рекорд принадлежит Краснодарскому краю — в 2007 г. 63 погибших. Даже в столице происходили пожары в соцучреждениях — 46 погибших в 2006 г.
«Стрелочниками» оказываются обычно руководители госучреждений: так, бывшему директору интерната под Новгородом дали 5,5 года колонии общего режима, инженеру по охране 4 года поселения.
«Если причиной пожара в интернате будет названо короткое замыкание, то тут можно говорить о халатности со стороны сотрудников учреждения, — комментирует юрист Роман Ардыкуца. — А это статья 293, пункт 3, УК РФ — халатность должностных лиц, повлекшая смерть двух и более лиц, до семи лет лишения свободы. Сюда же подходит причинение должностными лицами смерти по неосторожности — это статья 109, до пяти лет. Но скорее всего в данном случае будет квалифицировано как халатность».
Однако являются ли сотрудники интерната настоящими виновниками трагедии? «За последние десять лет произошло значительное сокращение финансирования психиатрии, — комментирует Александр Хаминский, председатель Московского общества психиатров, директор НДЦ клинической психиатрии. — У нас многие психиатрические больницы и психоневрологические интернаты являются ветхими строениями, но соответствующие службы не дают заключение, что они ветхие. Это халатность не врачей, а чиновников, у которых на стариков и инвалидов денег нет».
Но за пожары отвечают почему-то не чиновники, а врачи. «С 2005 года, например, число психоневрологических диспансеров уменьшилось на 43,3% (с 173 до 98), число психиатрических больниц — на 22,2% (с 270 до 210), число диспансеров, имеющих стационары, — на 36,5% (с 115 до 73). При этом количество больных не уменьшается, а только растет. Это значит, что на одного пациента тратится меньше денег — его быстрее и хуже лечат, рассыпающиеся здания либо вовсе не ремонтируются, либо ремонтируются кое-как», — продолжает Хаминский.
Сам механизм возмещения ущерба старикам и инвалидам в законе не прописан.
«Получается такое несправедливое отношение со стороны государства, — говорит юрист Роман Ардыкуца. — Получается, старики и инвалиды государству не нужны?»
По нынешнему закону если кто и компенсирует пострадавшим моральные и физические страдания, так только электрик или директор, если их признают виновными и отправят в места лишения свободы. «Чистая» зарплата заключенного составляет около 2 тыс. руб. в месяц. Делим на сорок пострадавших — получается, что сумма компенсации составит около 50 руб. на одного человека в месяц.
Такой коллизии удивляется глава Общества защиты прав потребителей в сфере услуг связи и коммуникаций Алексей Самохвалов: «Когда люди находятся в домах престарелых и интернатах, они получают от государства услугу. И, кстати, оплачивают эту услугу, отдавая интернату пенсию, а кто-то расплачивается и своей квартирой за место в доме престарелых. Что они имеют взамен? Гнилые деревянные стены? Когда где-то сгорает дом престарелых, чиновники сразу говорят: ой, это старичок какой-то кипятильник включил и устроил пожар! Ну так вы организуйте все так, чтобы старикам не приходилось прятать кипятильник под подушкой, поставьте кулер, например. Или многие врачи жалуются, что пациенты интернатов и домов престарелых имеют электроплитки. А как же положенное старикам четырехразовое питание? Тот, кого хорошо кормят четыре раза в день, не будет держать электроплитку».
Источник: mirnov.ru
